![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
cbetaСегодня папе было бы 73 года. 12 дней назад исполнилось два года, как он умер, но мне кажется, что правиольней вспоминать его сегодня - жизнь, а не смерть, радость, а не горе. Папа был веселым, жизнерадостным человеком, все время шутил и смеялся. Мне его до сих пор остро не хватает.
***
Папу всегда занимали языки - он никогда не учил язык формально, кроме как в школе/институте, а просто -брал книжку и пытался читать со словарем. Или просто подходил к иностранцу и с ним разговаривал. У него просто не прошит был в голове страх, что его не поймут. Когда он в первый раз ехал к нам в гости (он собирался приехать до рождения Дарьи, но визу делали дольше ожидаемого, а Дарья появилась раньше ожидаемого, так что дед приехал уже к готовой внучке), мы все ожидали звонка: визу получил, билет купил, рассказывайте, как к вам добираться. А вместо этого услышали звонок в дверь. В доинтернетную эпоху, без языка, на одном обаянии. В этом весь папа. На вечеринке, где среди гостей будут два-три вежливых, слегка оторопевших англичанина, папа (со своими тремя словами английского) рано или поздно припарковывался к ним и весь вечер с ними беседовал, иногда ловя проходящих мимо русских, чтобы они перевели туземцам очередной анекдот. Ездили к Андрею в гости (он тогда еще учился и жил в студенческой общаге), папа час играл с Андрюхиным соседом в шахматы, без конца пытаясь ему что-то объяснить, уж не знаю, насколько успешно. Моя смутная тяга к многочисленным недоученным языкам - от него (но жалко, что не досталось это самоуверенное бесстрашие, что меня обязательно поймут).
***
У папы было два агрегатных состояния: классическое советское "на диване пузом кверху", или бешеная деятельность - что-нибудь построить, отремонтировать, пусть некрасиво, но добротно. В этот дом он приезжал два раза, дела его рук до сих пор нам служат, и даже швабру я продолжаю вешать на гвоздик, который он вбил. В свой первый приезд в этот дом (Сашке исполнилось 2, а ему 60) он затеял переоборудовать чердак - дозастилал углы разнокалиберными досками и построил стеллажи - до сих пор его мысленно благодарим. А в последний приезд все рвался на крышу, почистить от мха, пришлось затеять ремонт в гостиной, чтобы занять активного дедушку и отвлечь его от промышленного альпинизма.
***
Нет, вру, три. Еще он ездил на рыбалку. Все наше детство летом мы ездили куда-нибудь с палаткой покормить комаров, на ярко-оранжевой моторке. Моторку звали ласково, как лошадь, "Рыжухой". Самые яркие детские и подростковые воспоминания у меня от этих поездок с родителями. Костер вечером, еда из котелка, бесконечная чистка рыбы, скакание на моторке, укрытой тентом, под дождем по волнам. Фотография папы, которая стоит у меня на столе, как раз "рыбацкая": папа в Рыжухе, в штормовке, разбирает сеть, а сзади гладкий залив (Иркутское водохранилище, наверное). На фотографии ему лет 35, и это примерно такой папа, которого я хочу помнить.
***
Папу всегда занимали языки - он никогда не учил язык формально, кроме как в школе/институте, а просто -брал книжку и пытался читать со словарем. Или просто подходил к иностранцу и с ним разговаривал. У него просто не прошит был в голове страх, что его не поймут. Когда он в первый раз ехал к нам в гости (он собирался приехать до рождения Дарьи, но визу делали дольше ожидаемого, а Дарья появилась раньше ожидаемого, так что дед приехал уже к готовой внучке), мы все ожидали звонка: визу получил, билет купил, рассказывайте, как к вам добираться. А вместо этого услышали звонок в дверь. В доинтернетную эпоху, без языка, на одном обаянии. В этом весь папа. На вечеринке, где среди гостей будут два-три вежливых, слегка оторопевших англичанина, папа (со своими тремя словами английского) рано или поздно припарковывался к ним и весь вечер с ними беседовал, иногда ловя проходящих мимо русских, чтобы они перевели туземцам очередной анекдот. Ездили к Андрею в гости (он тогда еще учился и жил в студенческой общаге), папа час играл с Андрюхиным соседом в шахматы, без конца пытаясь ему что-то объяснить, уж не знаю, насколько успешно. Моя смутная тяга к многочисленным недоученным языкам - от него (но жалко, что не досталось это самоуверенное бесстрашие, что меня обязательно поймут).
***
У папы было два агрегатных состояния: классическое советское "на диване пузом кверху", или бешеная деятельность - что-нибудь построить, отремонтировать, пусть некрасиво, но добротно. В этот дом он приезжал два раза, дела его рук до сих пор нам служат, и даже швабру я продолжаю вешать на гвоздик, который он вбил. В свой первый приезд в этот дом (Сашке исполнилось 2, а ему 60) он затеял переоборудовать чердак - дозастилал углы разнокалиберными досками и построил стеллажи - до сих пор его мысленно благодарим. А в последний приезд все рвался на крышу, почистить от мха, пришлось затеять ремонт в гостиной, чтобы занять активного дедушку и отвлечь его от промышленного альпинизма.
***
Нет, вру, три. Еще он ездил на рыбалку. Все наше детство летом мы ездили куда-нибудь с палаткой покормить комаров, на ярко-оранжевой моторке. Моторку звали ласково, как лошадь, "Рыжухой". Самые яркие детские и подростковые воспоминания у меня от этих поездок с родителями. Костер вечером, еда из котелка, бесконечная чистка рыбы, скакание на моторке, укрытой тентом, под дождем по волнам. Фотография папы, которая стоит у меня на столе, как раз "рыбацкая": папа в Рыжухе, в штормовке, разбирает сеть, а сзади гладкий залив (Иркутское водохранилище, наверное). На фотографии ему лет 35, и это примерно такой папа, которого я хочу помнить.
