(no subject)

Не то, чтобы мы совсем перестали горевать по котику, просто жизнь продолжается. Но - как положено горю - оно прорывается на поверхность, только все реже и реже. Позавчера Сашка ушла спать, веселая и противная, а через 10 минут спустилась вся в слезах, прижимая к груди маленькую копилку и пластиковую вешалку. В копилке лежит котикин клочок шерсти, а с вешалкой он играл у Сашки под кроватью - все её сокровища, все, что от кота осталось. А вчера коту пришло письмо от нашего pet supply store, так и написано на конверте - to Giles, c/o Svetlana Barsky. И хозяйку тоже немножко порвало на маленькие кусочки. Но отходит, отходит уже.

***

А тем временем зайцы прогрызли себе путь к свободе: дыру размер с мой кулак в задней стенке своего домика. Мы бы и не узнали, делай они это немножко потише. Нет, не выйдет из Маффин Дюфрейна.



Заткнула дыру пока старой толстой разделочной доской, а Димка обещал на выходных забить поплотнее.